За горизонтом осознанного мира

Вязь Пространства и Времени в россыпях самого себя

Мы уже говорили о том, что Роберт Монро посетил свою «Родину». Это оказалось то «место», где происходит вечная Игра Цвето-Звуковых аккордов - энергетических вихрей, повторяющих свои мелодии по замкнутому циклу.

Встретившись с этим и вспомнив о том, что там нет развития, Монро испытал свое первое потрясение. Это было только начало его уроков форсированного обучения. «Шоковую нагрузку» он получал в соответствии с развитием своих способностей извлекать из нее новый незаменимый опыт. Но, пожалуй, наиболее сокрушительный удар «в самое сердце» человеческой самости он получил, когда во время его внетелесных путешествий ему передали посыл, который поверг его в смятение.

Здесь нужно пояснить слова-заменители, которые Монро вынужден использовать для более адекватного перевода внетелесных реагирований в их физические аналогии (заимствованы из книг Монро): «посыл — пакет упорядоченной, организованной энергии мысли, который передается одним разумом другому; нечто вроде книги, или записи мыслей, дополненной эмоциональными переживаниями и чувственным восприятием». Хочу добавить, что посыл передается целиком в «запакованном» виде. Потом его можно «разархивировать» (развернуть), переживая и осознавая его непосредственно. Получение посыла может восприниматься как некое энергетическое воздействие.

Под полосой «М» понимается «та часть энергетического спектра, которая обычно используется мышлением. Она отличается от электромагнитной, электрической, магнитной, ядерной энергии и прочих ее форм. Помехи в полосе «М» вызваны беспорядочными мыслями».

«Метка: внутренняя сущность, или «адрес», т. е. уникальная энергетическая структура объекта».

«Раскрыться: стать восприимчивым».

«Закрыться: частично или полностью отключиться от внешних раздражителей». «Разгладиться: успокоиться, сосредоточиться, разобраться в происходящем, собраться с мыслями».

«Кружиться: радоваться, смеяться».

И на каждой ступени ускоренного обучения против того, с чем сталкивался Монро, восставала вся его натура: рушился очередной форпост самости, ничего не уступающей без боя. Нам даже трудно осознать, насколько изощренно самость питает то, что нам представляется главным стержнем нашего человеческого достоинства. Так она вдохновляет нас, возвышая в собственных глазах, в чисто человеческом отражении того вечного, которое нами еще не стало.

Сегодня переживаемые нами состояния еще настолько сильно зависят от формы, которая их вызывает, что мы их наделяем меткой этой формы. Результатом является чувственная абсолютизация формы.

Так мы входим в гипноз очевидностей в мире, в котором крушение такой формы представляется нам крушением самой Сущности со всеми вытекающими отсюда последствиями. В той или иной мере это относится ко всем нам и рано или поздно может коснуться практически каждого. Учитывая это, используя богатый и по-своему уникальный опыт Роберта Монро, я рассмотрю ряд вопросов, связанных с настоящей темой. Р. Монро (1999 (1), с. 192) так изложил начало содержания посыла, о котором упоминалось выше:

«Кто-то Где-То (быть может, в миллионах мест, неисчислимых мирах) ищет, любит, хочет, ценит, накапливает, пьет, ест или использует как лекарство (!) нечто с меткой Хмель (ассоциации: электричество, масло, кислород, золото, пшеница, вода, почва, старинные монеты, уран). Эту редкую субстанцию добывают Там. Те, у кого есть Хмель, считают его жизненно важным для самых невообразимых сфер применения.

Столкнувшись с проблемой Спроса и Предложения (всеобщего закона Там), Некто решил создавать эту субстанцию, так сказать, искусственно - вместо того, чтобы разыскивать «естественные месторождения». У него возникает мысль разбить Сад и выращивать там Хмель. <...>»

Далее описывается селекционная работа по созданию различных производителей Хмеля в разных средах. По причинам, ясным из дальнейшего, привожу развернутые выдержки из описания ситуаций, связанных с упомянутым посевом (Монро Р. (1), с. 198-206).

«В качестве побочного эксперимента Некто разработал и создал особый тип «подвижника» - слабый и сильно уступающий по своим параметрам всем прочим единицам Четвертого Посева. Однако у экспериментального «подвиэ/сника» были два веских преимущества. Во-первых, он мог извлекать энергию как из «неподвиж'ников», так и других «подвилсников». Во-вторых, Некто извлек Частицу Себя (другой источник этой субстанции просто не известен) и вложил его в созданных существ, чтобы придать им мощный побудительный толчок к деятельности. Некто знал, что по Правилу Притяжения такая составляющая будет вызывать у нового типа «подвилсников» неугасимую лсалсду двилсе-ния. Крошечное вкрапление самого Некто будет подталкивать этот вид к удовлетворению тяги к единению с бесконечным Целым. Таким образом, стремление утолить энергетический голод окалсется не единственной движущей силой. Еще валснее было то, что в Саду просто невозможно удовлетворить вызванную Частицей потребность; это значит, что жажда деятельности будет вечной, а конфликт мелсду самим стремлением и его энергетической заменой — постоянным. Если этот вид выживет, у него есть все шансы стать лучшим источником Хмеля в Саду.

Четвертый Посев превзошел все ожидания. Теперь Сад действительно обеспечивал устойчивый и обильный поток Хмеля. Равновесие «живого» оставалось совершенным, фактор Конфликта приносил обильные всплески Хмеля, а беспрерывное прекращение срока существования всех типов «подвилсников» и «неподвижников» обеспечивало неуклонное пополнение запасов субстанции. Чтобы справиться с обработкой уролсаев. Некто создал Собирателей. Затем Он установил Каналы, направляющие потоки необработанного Хмеля Туда. Неведомое Там уже не зависело от «естественных месторождений» субстанции. Сотворенный Некто Сад покончил со старательством.

После успеха первого Сада и начала искусственного производства Хмеля подобные сады принялись создавать и Другие. <...>

Некто привычно просматривал излучения и улсе собирался вернуть их в Хранилище, как вдруг заметил одну странную Особенность. Отклонение было совсем незначительным, но вполне отчетливым. <...>

Он присмотрелся внимательнее. В скопление самых обычных волокон излучений изящно вплеталась тоненькая прослойка очищенного, высокопробного Хмеля. Это было просто невозможно. <...>. Итак, в Саду проявился какой-то неизвестный фактор. <... >

Именно тогда он и обнаружил Особенность: едштца Четвертого Посева вступила в схватку не ради пригодных в пищу останков более слабой единицы, она боролась не за питательный отросток ствола соседней единицы Второго Посева — и далее не потому, что стремилась избежать прекращения собственной жизни и превращения в пищу для другой голодной единицы...

Она вступила в Конфликт, чтобы уберечь и защитить от прекращения существования трех недавно порожденных особей, сгрудившихся в ожидании исхода схватки под крупной единицей Второго Посева. Сомнений не оставалось: именно эта причина вызвала всплеск очищенного Хмеля.<...>

Однако Некто по-прежнему ощущал какое-то несоответствие. Общая совокупность подобных вспышек очищенного излучения Хмеля от всех единиц Четвертого Посева вместе взятых не составила бы и половины того объема, который был обнарулсен в образце из Хранилища. Следовало искать еще один фактор. <...>

Вот и она - экспериментальная улучшенная единица Четвертого Посева, одна из тех, в функциональную схему которых Некто вложил Частицу Себя. Единица стояла под обширной верхней частью большой единицы Второго Посева. Она не была «голодна». Она не участвовала в Конфликте с другими единицами. Она даже не защищала свой «молодняк». Почему же от нее исходят такие огромные объемы чистейшего Хмеля?

Некто приблизился. Его восприятие проникло в улучшенную единицу Четвертого Посева - и Он понял: единице было одиноко! Именно это чувство было источником высокопробного Хмеля.

Одновременно Некто заметил еще одно необычное явление. Похоже, улучшенная единица Четвертого Посева внезапно осознала Его присутствие. Она опустилась на твердое основание Сада и подергивалась в странных конвульсиях; из двух отверстий для восприятия излучения выделялась прозрачная жидкость. При этом всплески чистого Хмеля стали еще мощнее.

Благодаря этому открытию Некто предложил Формулу ПОХ (Производства Очищенною Хмеля), которая отныне применяется в Саду.

Окончание этой истории хорошо известно. Некто включил в свою формулу следующее основополагающее положение:

«...Очищенный Хмель вырабатывается единицами типа 4У, когда их действия не приносят осуществления, но только в тех случаях, если вибрационный уровень этих действий превышает рамки восприятия окружающей среды. Чем выше интенсивность упомянутых действий, тем мощнее всплеск очищенного Хмеля...».

Чтобы воплотить эту формулу на практике, Некто провел в своем Саду небольшие изменения, с которыми знаком любой историк. Двумя самыми примечательными нововведениями стали разделение единиц всех Посевов на пары (стремление к воссоединению вызывало обостренное чувство одиночества) и способствование господству единиц типа 4У над прочими единицами <...>.

Опытным путем Собиратели разработали целую технологию сбора урожая Хмеля от единиц типа 4У. Она вкпючает в себя широкий набор вспомогательных средств. Наиболее распространенные из них получили названия любовь, дружба, семья, алчность, ненависть, боль, чувство вины, болезнь, гордыня, честолюбие, корысть, одержимость, самопожертвование. В более крупных масштабах используются государство, провинциализм, войны, голод, религия, техника, свобода, промышленность, торговля — это лишь краткий перечень отдельных методов. Сейчас производство Хмеля возросло до небывалого уровня...»

Далее Монро пишет:

«Мне было невероятно трудно все это переварить. Если посыл подлинный... ох, какое большое «если»!.. Меня переполняли чувства: ярость, ощущение того, что я стал объектом какого-то невероятного мошенничества, горькое чувство существа, которым манипулировали, желание отомстить тем, кто обманывал меня... нас... всех людей... тем, кто отбирал что-то у нас, не спросив согласия... А как же свобода? Неужели любой нашей мыслью, каждым действием управляют лишь с той целью, чтобы производить побольше Хмеля - чем бы он ни был, - а потом подать его кому-то на завтрак или наполнить баки где-то Там? Что с этим поделать, даже если я твердо узнаю правду? <...>

Чтобы свыкнуться с посылом о Хмеле, понадобилось несколько месяцев. Впрочем, «свыкнуться» - не самое удачное слово для описания последовательной смены потрясения, отрицания, злости, уныния, покорности и смирения. Примечательно, что этот ряд довольно точно соответствует уже замеченным и изученным реакциям людей, которым сообщили о смертельной болезни или безнадежности раны.

Во мне действительно что-то умирало. Я уже давно понял, что Бог моего детства просто не существует - во всяком случае, не в том облике, который навязывается нашей культурой. С другой стороны, я очень глубоко осознал принцип создателей и сотворения. Для этого достаточно было оглянуться по сторонам, заметить утонченную и изысканную упорядоченность окружающего мира, то сосуществование, благодаря которому продолжается жизнь...<...>.

Посыл о Хмеле прекрасно объяснил эту гармонию. Самое главное, он описал цель, смысл, причину этого, растолковал все «почему». Этот вопрос долго ускользал от моего сознания, но ответ о Хмеле оказался простым и очевидным. Смысл действительно был, хотя и весьма прозаический. Просто-напросто мы производили Кое-Что Ценное. Хмель. Когда наконец-то прорываешься сквозь многочисленные эмоциональные преграды, в этой общей картине по-прежнему трудно найти уязвимые места. Она объясняет все - и поведение, и историю человека».

Пережив первую волну обрушившегося на него шока, Монро стал искать тех, кто мог бы помочь ему лучше осознать все происшедшее. Это могли быть Разумники. Так то ли в шутку, то ли всерьез стали называть тех, кому принадлежало нефизическое светящееся существо, общение с которым в первое время приводило Монро в трепет. Потом, когда встречи стали более регулярными, Монро стал называть Разумника своим другом. Теперь оставался только один вопрос, пишет Монро (там же, с.207-213): «кто такие Разумники?»

Впервые он пытался сам проникнуть к ним. И это было не просто. Наконец его окутали теплые вибрации: «(Мы знаем о том, что это полностью вывело тебя из равновесия. Тебе нужно было это переэюить. Как говорится, так уж полагается).

Итак, посыл о Хмеле был правдой! <...>

(Посыл правдив, но искажен... переводом. Тебе ведь хорошо знакомы те сложности, которые возникают, когда пытаешься передать земные, человеческие ценности иным, не связанным с пространством и временем точкам зрения... перевести их на язык других энергий)».

Наконец он получил ответ (там же, с.207-213):

«(Мы - не Некто. И мы не Оттуда. Мы не привратники земного Сада и не садовники. Мы не собираем и не передаем созданный человеком Хмель - любовь. Мы не участвует в системе ускоренного обучения человека, просто с самого начала следим за ее возникновением, но не вмешиваемся в учебный план. Такое случается, когда в потоке появляются помехи. В конечном счете эти действия удовлетворяют наши собственные жизненно важные потребности).

У меня возникла жизненно важная потребность задать один вопрос. Это не..? (Нет, Там - не ваш Рай. Как и все прочие системы миров, Там было сотворено). Значит, Некто..?

(Некто — творец, который был сотворен. Ты тоже творец, который был сотворен. Все вы несете в себе крошечный посыл... крупицу Некто, который вас создал. В свою очередь, в этом маленьком посыле кроется восприятие того творца, который сотворил самого Некто).

Я свернулся. Даже в измененном состоянии мне было трудно отбросить линейную логику. Простейшее восприятие сводилось к вопросу о том, как возникло такое множество искажений, ошибочных представлений, неверных взглядов. Малое знание действительно опасно, а человеческое, творческое воображение поиграло с этой темой на славу. Но если бы не было Некто...

(...не было бы и людей).

Я вернулся к понятию Хмеля-любви. Должно быть, это Там, которое способно вместить столько любви, - поистине удивительное место. Не исключено, что оно во многом соответствует нашим представлениям о Рае. Во мне зарождалась тоска. Нельзя ли заглянуть Туда хоть краем глаза?.. Мне хочется ощутить это место... то состояние, где так много любви. Подойти к самому краешку - конечно, не проникать внутрь, опросто посмотреть со стороны. Это помогло бы ответить на столько вопросов...

(Ты просишь не так уж много, господин Монро. Это легко устроить. Закройся поплотнее). <...>

...Я оставался плотно закрытым, но излучение уже было невероятно мощным, почти нестерпимым... Я чувствовал себя так, будто по мне ручьями льет пот, я просто плавился... хотя это был не жар... сам не понимая почему, я начал содрогаться от всхлипывающих вздохов... затем излучение ослабло, и я приоткрылся. Какая-то фигура оградила меня от излучения, встав между мной и его источником. Из-за пылающего за ее спиной света вокруг фигуры возник эффект короны. Зрелище очень напомнило мне увиденные когда-то религиозные изображения, хотя картина была живой, все цвета несравнимо сочнее земных красок.

(Ты не сможешь подойти ближе, не выдержишь. Мы миновали большую часть остальных действующих энергетических источников, хотя и они представляют собой лишь случайные выбросы... можно сказать, утечки от основного уентра. Не сосредоточивайся на внешних очертаниях, направь внимание сквозь нас. Так будет легче).

Я с огромным трудом сузил восприятие и удержал его на центре фигуры... стало прохладнее, спокойнее... моя рациональная, наблюдающая сторона снова поднялась на поверхность и постепенно одолела охвативший меня в начале всепоглощающий эмоциональный порыв... мне казалось, что я смотрю сквозь затемненное окно... приходилось постоянно прилагать усилия, чтобы удержать чувства за гранью взрыва... чувства... чудесное, ослепительное счастье, благоговение, почтение - все они сливались в нечто неразрывное, но каждое мгновение в нем вспыхивало то одно, то другое... чувства перекатывались во мне, это был отклик на излучение... я не мог успокоиться, мне едва удавалось сдерживать их, не выплеснуть единым порывом. Да, это действительно может оказаться Высшим Небом, настоящей Родиной...

(Следи внимательнее. Ты можешь).

Я вновь посмотрел на «солнце» сквозь закопченное стеклышко, которым стал мой друг Разумник... я испытывал благодарность к нему, так как понимал, что если даже легкое отражение, крошечная утечка действует на меня таким образом, то полная мощь этого излучения просто уничтожила бы меня. Я действительно еще не готов, ведь даже взгляд издалека, с самого края... Там, вдали, находилась ослепляющая живая фигура невообразимых размеров... вначале она показалась мне выпрямившимся высоким человеком с разведенными в стороны руками... но уже через мгновение все выглядело совсем иначе... на месте человека был сверкающий шар с неразличимыми краями, за ним еще один, точно такой же, а позади третий... непрерывная череда сияющих шаров, уходящая в беспредельность, куда не дотягивалось восприятие... от каждого исходили бесчисленные лучи, одни огромного диаметра, другие не шире булавки, совершенно одинаковой толщины по всей своей длине... я не мог разглядеть, куда они уходят, но некоторые проходили так близко, что я без труда мог бы до них дотянуться... прикоснуться...

(Хочешь попробовать? Мы поможем).

Я заколебался, но ощутил сердечную поддержку оберегающей меня как защитный экран фигуры Разумника... Я осторожно потянулся к одному из самых тоненьких лучей неподалеку, нерешительно коснулся его... в тот же миг все то, что я считал собой, сотрясло мощным толчком - и я понял... уже в тот миг понимания я знал, что забуду об этом, просто не смогу вспомнить, потому что еще не в состоянии вместить в себя эту истину... однако я никогда уже не буду прежним, хотя в памяти останется лишь то, что это действительно случилось, сохранится только неописуемое счастье понимания, что такое было... и отголоски события будут раздаваться во мне целую вечность, сколько бы ни длилась моя вечность... я почувствовал, как меня мягко отводят от луча, и рухнул позади оберегающей фигуры своего друга, Разумника... Друга? Разумника? Теперь я понимал, каким упрощенным... каким ограниченным и узким было мое восприятие... все эти сверкающие шары, исходящие лучи...

(Учитывая, что это первое впечатление, ты воспринимал просто чудесно. Туда, в центр того, что ты видел, передается энергия человеческого Хмеля-любви. Затем Хмель распространяется вдоль того, что ты называешь лучами, и переносится в области, где он нуэ/сен. Позже, когда ты сделаешь очередной шаг вперед, мы проведем тебя в одну из таких областей и ты сам увидишь, что там происходит).

Моего восприятия просто не хватало, чтобы вообразить себе, что значит оказаться на пути подобного луча, полностью ощутить его силу... И все же человеческое любопытство не позволяло мне оставлять вопросы без ответа. Тем более теперь, когда я немного разгладился.

(Это было создано. Оно было всегда, у нас нет никакого восприятия о его возникновении. Ты уже готов возвращаться?)»

Во время своего путешествия с помощью Разумника в ожидаемое будущее Земли после 3000 года (об этом речь впереди), Монро встретился с будущим воплощением тех, кто знал его в нынешней жизни. Когда он поинтересовался, существует ли у них общение с другими нефизическими энергетическими мирами, он получил ответ: «...Туда мы переносимся при любой возможности» (Монро Р. (1), с.267). Далее он пишет:

«Я решил проверить смутную догадку

(Чтобы собирать Хмель?) <...>

(Нет, чтобы засеивать его, сажать семена. Это позволяет... э-э-э... Лучу получить метку и сместиться к нам)».

Этот ответ поверг Монро в такое состояние, что «продолжение разговора вряд ли было бы содержательнее обезьяньего лепета». Это уже коренным образом изменило ситуацию, в которой Монро увидел так много нового... Однако все это уже не было существенным, когда он понял, что высшая составляющая связана с пространственно-временными манипуляциями, создающими только посев структуры, позволяющей работать над ее возникновением по принципу: чем больше отдаешь, тем больше у тебя остается. Об этой неуничтожимой высшей компоненте Любви веками известно человечеству. Вот что пишет об этом Монро, говоря о человеческих эмоциях (Монро Р. (1), с.305):

«Ключ к разгадке может скрываться в распространенном ошибочном толковании и отождествлении сходных, но определенно отличающихся друг от друга эмоций. Чтобы избеэ/сать такой путаницы, будем называть это особое чувство Сверхлюбовью. Я подчеркну, что важнейшая особенность закчючается в ее отличии от того понятия «любви», которое используется сейчас в самом широком смысле и давно потеряло какое-либо четкое значение. Для начала повторим наше краткое и упрощенное определение: Сверхлюбовь неуничтожима. Возникнув однажды, она уже не подвержена влиянию последующих мыслей, чувств и событий. Сверхлюбовь вообще не зависит от явлений в мире физической материи и деятельности самого человека. У нее нет одушевленного или неодушевленного объекта, хотя другой человек вполне может стать тем катализатором, благодаря которому она возникнет. Сверхлюбовь - непрерывное излучение, которое происходит само собой, независимо от сходного окружения и иных внешних условий. Сверхлюбовь просто есть.

Учебный план «человеческой школы ускоренного обучения» очень сложен и насыщен. Час пик на Бродвее покажется по сравнению с ним тихим чаепитием в кругу друзей. Во всяком случае, в городской суете вы довольно отчетливо представляете себе, что делаете и куда направляетесь. Но Сверхлюбовь стоит затраченных усилий.

В заключение этого раздела я хочу со всей искренностью заверить вас: среди немногочисленных встречавшихся мне «старшекчассников» и «выпускников» не было ни одного существа, которое не входило бы в человеческую школу ускоренного обучения вновь и вновь, независимо от того, сколько жизней им потребовалось для полного обучения. Они знали, что результат станет неописуемо величественным. И мои краткие впечатления от встреч с ними полностью поддерживают это мнение».

Можно сказать, что еще один урок шоковой терапии Монро успешно закончил.

Однако это была только подготовка к его дальнейшему обучению, что, кстати, постоянно ему подтверждали Разумники и другие внетелесные сущности.

Продолжим дальнейшее рассмотрение этой системы обучения на примере внетелесных приключений, выпавших на долю Монро.

В приведенных ниже выдержках из книг Р. Монро я советую читателю обратить внимание на три момента:

- на определенные параллели между парами следующих друг за другом сюжетов;

- на то, что другие места в этих описаниях будут перекликаться с тем (или раскрывать смысл того), что встретится далее;

- на параллели с совершенно другими явно независимыми источниками, например с описанием Мегре его посещения Анастасии и т. п.

Ознакомившись перед написанием этого текста с двумя последними книгами Монро: «Далекие путешествия» (1999 (1)) и «Окончательное путешествие» (1999 (2)), я в этом рассмотрении ограничусь указанием последовательности их издания.

В своей более ранней книге (с.245-268) Монро описывает свое посещение с помощью Разумника вероятностной Земли после 3000 года. Он должен прийти на Землю как «разведчик», вернувшийся после прохождения Пути к «точке перехода в Запредельное, к источнику той созидательной силы, которая сотворила нашу материальную Вселенную», чтобы дать «сигнал», что Путь известен и можно уходить с Земли в Неведомое.

В этом посещении он пришел на планету, превращенную в сад, в энергетическом пространстве которой нет больше колец серого и коричневого цветов, т. е. нет «повторял», ждущих новых воплощений, а только искрящееся кольцо, обладающее собственным свечением. И не было больше сгустков случайных мыслей, а только сигналы общения, говорящие о том, что люди овладели несловесным общением (НСО).

Привожу выдержки из этого посещения после описания вида планеты с высоты полета над ее поверхностью:

«За спиной была опушка дубовой рощи, деревья были кряжистыми и развесистыми. Вдалеке виднелся ряд последовательных зелено-голубых горных гребней, казавшихся гигантской лестницей к небу... Почему мы остановились именно здесь, в этом месте? Они так захотели. Они уже ждут.

Энергия Разумников исчезла, и я остался один. Я чувствовал себя так, будто вновь вернулся в материальное тело. Лицо согревали лучи солнца, волосы растрепались под прохладным ветерком... Волосы? Откуда у меня волосы?.. «Они уже ждут»... Кто «они»? Я осмотрелся по сторонам, но не почувствовал никакой метки... нет, одна была, очень знакомая... там, в лесу. Я развернулся и пошел... пошел?., но это значит, что у меня есть ноги! Глянув вниз, я обнаружил, что у меня действительно появились ноги - совершенно нормальные, человеческие. Голые ноги, босые пятки. При ходьбе я чувствовал ласковые прикосновения травы. Продолжая идти к высоким дубам, я ощупал свое тело: вполне материальное, осязаемое, теплое. Я окинул его взглядом - гибкое, стройное тело двадцатидвухлетнего юноши... и никакой одежды! Что ж, это уже прогресс. Теперь я вновь чувствовал, как тело обдувает ветром, а в легкие проникает воздух. Я дышу. На моей памяти это был первый случай, когда в этом состоянии сознания я ощущал настоящее материальное тело. С другой стороны, я не понимал, почему нужно было пройти такой путь, чтобы вернуться в худощавое тело ростом около метра восьмидесяти, весом килограммов семьдесят... Я подошел к границе леса и сунулся в чащу, но тут же наткнулся на какую-то преграду, оттолкнувшую меня назад, на луг. Я замер, огляделся, но ничего не воспринял. Знакомая метка, которую я до сих пор не мог окончательно определить, находилась там, за преградой, и потому я предпринял еще одну попытку. Она не принесла особого успеха, но дала мне нечто иное: я понял, что эта незримая сила мне знакома, хотя я по-прежнему не мог выявить связь между меткой и этой преградой. Чего-то не хватало.

(Оставайся там, на лугу, мы сейчас появимся).

Это было не звучание - НСО! Мы добились этого! Люди освоили НСО! Мы наконец-то сделали качественный скачок от обезьяньего лепета! Мне уже не терпелось поскорее увидеть встречающих, кем бы они ни были. Ждать пришлось недолго. Из-за деревьев вышли мужчина и женщина. Во всяком случае, старое доброе деление человечества на пары еще сохранилось! Оба не старше тридцати, привлекательные, стройные, загорелые. У мужчины были светлые волосы, а у женщины - темные. Пока я осматривал обоих, они улыбались.

(Похоже, люди изменились не так сильно, как я предполагал. Во всяком случае, внешне).

(Прости за мелкую неувязку, Роб).<...> (Тот, кто тебя приглашал, забыл о барьере, так что нам пришлось занять его место). <...>. (Ты назвал меня Робом... Мы знакомы?). Мужчина сердечно улыбнулся (Конечно!).

(Ты тоже кажешься мне знакомым. Какая-то странная метка, но это просто не может быть правдой...). <...>

(Я знал, что ты ни в жизнь не поверишь! И все же придется). <...> Я пережил яркую вспышку восприятия и поверш (ВВІ). <...> (Кто же еще?!). <...>

Теперь я догадывался, кто пригласил меня сюда. (Так это А А - там, в лесу?). <...>

(Он так хотел встретиться с тобой! Так торопился, что напрочь позабыл о барьере. Но он воспринимает все, что происходит).

(А он знает, что представляет собой этот барьер?). <...> (Да, знает, но он сказал, что ты должен понять это сам). <...>

(Помнится, ты любил говорить, что...). - Женщина осеклась, рассмеялась, но продолжила. - (Ты часто говорил, что человек - не только материальное тело. Теперь все наоборот: ты... нам приходится твердить новичкам, что они - не только энергетические сущности). <...>

Я решил прощупать другую тему (По пути сюда я не заметил ни одного дома... вообще никаких сооружений или дорог. Ни единого признака человеческого присутствия. Где города, заводы, самолеты, машины? Куда все подевалось?).

ВВ засмеялся (Может, плохо искал?).

(Разве без них стало хуже?) <...>

(Хорошо. Я еще могу понять, что можно спать под деревьями в такое время года, но что вы делаете зимой? Нужно ведь как-то согреваться).

(Обо всем заботится «пузырь»), - ответила женщина. - (Он следит за температурой вокруг тела, молено выбрать любой режим).

(А пища? Ведь тело нужно кормить).

Женщина вытянула руки перед собой на высоте плеч, развернув ладонями вверх. Она прикрыла глаза, постояла неподвижно, а через несколько секунд опустила руки и снова посмотрела на меня.

(Только что мое тело получило энергию, которой хватит на неделю). — Она удовлетворенно вздохнула. <...>

(Вы имеете в виду, что уже не питаетесь... обычной пищей?).

(Почему же? Иногда). - ВВ все-таки не выдержал и вступил в разговор. Он присел, пошарил рукой в траве и выбрал несколько комков красноватой глины. - (Хочешь канадского риса? Я люблю его больше всего).

Я с изумлением следил за ее действиями... и решил, что смогу подыграть (Рис? Нет... Давай лучше «Снежную Королеву»!). <...>

(Снежную Королеву? Что это?).

(Я знаю). - Женщина взяла у ВВ кусочки глины, переложила их в правую ладонь и пристально посмотрела на них. Глина запузырилась, закипела, начала менять цвет и превратилась в небольшие крепкие и зрелые зерна белой кукурузы.

Она пересыпала горсть горячих зерен в мою ладонь. Я осторожно вложил одно в рот, пожевал... Это действительно была «Снежная Королева» - самая сладкая кукуруза на свете. Вкус был изумительным, чувствовалось, что початок только что сорван. Больше того, с зерен еще стекали капельки масла... растительного масла. Я жадно проглотил кукурузу и изумленно посмотрел на женщину. Она понимающе усмехнулась. Если ее восприятие и дальше будет давать такие утечки, я очень скоро узнаю метку, не прилагая особых усилий, и тогда тайна перестанет быть тайной. Я вернул ей остатки зерен, и она тоже с явным удовольствием принялась их жевать.

Я проглотил тюследние кусочки и задумался о том, куда, собственно, они попадают. Впрочем, это было не так уж важно».

В своей последней книге Монро пишет (с.44, 45), что Разумник обратился к нему с предложением, которое он выразил так: «...не исключено, что тебе стоит познакомится с потенциальными состояниями бытия, очень отличающимся от привычного тебе человеческого существования. Например, с той эпохой, когда человеческое общество устроено и больше соответствует твоим представлениям о том, каким оно должно быть». Далее Монро описывает посещение с помощью Разумника такого места (с.45-53).

Это была большая горная долина протяженностью 15-20 км, шириной около 10 км, окруженная с трех сторон заснеженными горными вершинами. Там, где она открывалась, до самого горизонта тянулись леса и поля. В синем небе, усеянном небольшими пушистыми облаками, сияло яркое солнце.

Долина была покрыта деревьями всех сортов и размеров с пышной листвой. Пространство между деревьями было покрыто густой сетью узких тропинок. Но не было никаких построек, даже легкого дыма. Воздух был совершенно прозрачным и чистым.

Привожу выдержки из описания Монро этого посещения:

«Я повернулся к Разумнику.

- А где дома?

- Спальни находятся под землей, а это место предназначено для творческой деятельности.

- Где же сами люди?

- Там, среди деревьев, каждый занимается своим делом.

- Сколько их здесь?

- Насколько нам известно, всего два миллиона.

- Два миллиона?

—Да, может, чуть больше.

- И сколько на Земле таких городов? Ведь это Земля, верно?

—Да, но это место единственное. Здесь живет все человечество.

- Только два миллиона на всей Земле?!

- Именно так.

- Мне страшновато спрашивать, почему от нескольких миллиардов осталось так мало... Так вот что ждет нас в будущем?

- Ты мыслишь в неверном направлении, мой друг.

- Что ты имеешь в виду?

- По твоему летоисчислению, это прошлое.

- Прошлое! В нашей истории не было ничего, что хотя бы отдаленно напоминало это место! Должно быть, оно существовало невероятно давно?

-Да. Почти миллион земных лет назад.

- А земляне... Они обычные люди? Такие как я?

- Немного отличаются, и все же это люди.

- Мы можем спуститься вниз?

- Разумеется, для того мы сюда и пришли.

- А они смогут нас увидеть? С ними можно вступить в общение? - Да, проще простого.

- Наше появление их не встревожит?

- Совсем наоборот. Они будут рады.

Мы плавно скользили вниз к деревьям и оказались на открытом пространстве размером с футбольное поле. Это был парк или, скорее, огромный сад с аккуратными, рассеянными тут и там клумбами цветов и трав. Я не узнавал ни одного растения. Среди клумб тянулись извилистые, широкие, поросшие травой тропинки. Мне даже казалось, что я ощущаю траву под ногами.

- Так и есть. Ты чувствуешь ее точно так же, как видишь,- физически, хотя сейчас у тебя нет материального тела.

Я обернулся. Позади возвышалась сияющая фигура Разумника. Прямо к нам быстро шли четыре человека. На вид их рост составлял около полутора метров. У всех четверых был разный цвет волос и кожи. Волосы были примерно одинаковой длины и спускались чуть ниже ушей. Судя по лицам и телам, они были здоровыми и сильными тридцатилетними людьми, атлетически сложенными, хотя и без чрезмерно развитых мышц. Среди встречающих было двое мужчин и две женщины - я понял это без труда, так как одежды они не носили.

- Одежда им не нужна.

- А как они сохраняют тепло и защищают тело от погодных изменений?

- У каждого есть индивидуальная система защиты.

- Я не вижу никаких приспособлений.

- Как говорится, все у них в голове. <...>

Четверо встречающих приблизились и остановились перед нами с радостными улыбками. Их тела были прекрасными, в чудесном состоянии. Я задумался о том, каким станет общение, не помешает ли языковой барьер. Интересно, а они вообще видят нас?

Один из мужчин сделал шаг вперед и кивнул.

- Да, мы тебя видим, Роберт. С общением проблем не будет. Воспользуемся английским, о'кей?

«О'кей» - вот что меня поразило! Это слово казалось каким-то неуместным. Откуда они знают разговорный английский язык, который возникнет только в будущем?

- Не беспокойся. Мы нашли это слово в твоем разуме. Только теперь я заметил, что его губы остаются неподвижными. В глазах мужчины мелькнули веселые искорки. Мы оба рассмеялись - мысленно. <...>

- Неужели тут нет никаких паразитов и вирусов? Никто не гибнет и не получает травм?

- Теперь я понимаю, что ты имеешь в виду. Роберт, паразиты и вирусы есть, но мы с ними мирно сосуществуем. Нет никаких конфликтов. Что касается гибели... в общем, с нами уже давно не случается того, что ты называешь смертью.

Меня переполняли мысли и вопросы. Один из них тут же вылез на поверхность.

- Выходит, вы должны как-то контролировать воспроизводство?

- Да, разумеется. Что касается неявной части вопроса - несмотря на контроль, мы по-прежнему наслаждаемся этим ритуалом!

- Но дети...

- У нас много детей. Хочешь их увидеть?

- Конечно.

- Сейчас позову.

В голове у меня зазвучали посвистывания, похожие на пение птиц, мелодичные, почти музыкальные. Из-за деревьев появились звери, большие и малые. Все они поспешили к четверым встречавшим, и те принялись гладить животных. Одни из зверей напоминали кошек, другие пресмыкающихся - нечто вроде небольших крокодилов и крупных змей. Были там обезьянообразные и еще какие-то, похожие на оленей, но с длинными гривами и хвостами. Из кроны деревьев вынырнул рой огромных пчел, которые радостными петлями вились позади наших хозяев. В вышине над нами кружила пара огромных ярко-зеленых птиц. Крошечная синяя пичуга опустилась на плечо моего нового друга и чирикнула ему в ухо. Он посмотрел на меня.

- Вот наши дети.

- Мне бы тоже хотелось с такой легкостью подзывать к себе животных. <...>

- Но что вы едите? Растительную пищу?

- Что мы едим? Я просто покажу.

Мой друг обернулся к одной из женщин. Та подошла к клумбе и набрала горсть почвы, которая казалась мне обычной черной землей. Она сжала ладонь и застыла неподвижно. Я внезапно понял, что сейчас произойдет - Хочешь своей любимой кукурузы - «Снежная Королева», как ты ее называешь?

Я кивнул. Девушка пристально посмотрела на меня, а затем, не отводя от меня взгляда, прикрыла руку с землей другой ладонью. Я знал, что сейчас она читает мои мысли. Через мгновение она раскрыла ладонь - и теперь на ней лежали матово-белые мелкие зернышки. Женщина протянула их мне.

- Он не сможет их взять, - сказал мой друг. - Сейчас у него нет материального тела.

Я услышал смех девушки. Она обернулась и протянула зерна одному из небольших коричневых оленей. Тот осторожно обнюхал ее ладонь. Я мысленно отметил, что они умеют смеяться и, следовательно, должны испытывать эмоции.

- Ты пришел вовремя, потому что мы скоро покинем это место. Мы будем скучать без этой долины и наших детей.

- Покинете? Но почему?

- Около сотни лет назад мы получили Сигнал. Мы ждали его несколько тысячелетий, и он наконец-то пришел.

- Не понимаю...

- Скорее, ты просто забыл. Впрочем, в свое время вспомнишь. Мы уже пережили и испытали все известные формы перемен в нашей части физической вселенной. Мы летали среди звезд, перемещаясь точно так же, как путешествуешь сейчас ты. Однако нам не удалось найти ничего такого, чего не было бы здесь, ничего по-настоящему нового.

- Но куда вы пойдете?

- Нас поведет Сигнал.

- Что представляет собой этот Сигнал? Можете его описать?

- О нем договорились заранее.

- С кем? Или с чем?

- Некоторые из нас отправились на разведку. Мы договорились, что при необходимости они подадут нам особый Сигнал и тогда мы последуем за ним. Теперь, через много лет, один из разведчиков сделал это.

- Я очень рад познакомиться с вами. Мне почему-то кажется, что мы еще увидимся.

- Непременно. Скажу тебе больше... впрочем, нет. Это, так сказать, только испортило бы все удовольствие.

Они так похожи на людей из будущего, которых я встречал раньше. Разница только в том, что эти живут на Земле, а те населяли ее окрестности».

Далее (на с.57-60) Монро пишет:

«Я спросил Разумника, может ли он познакомить меня с нефизическим и нечеловеческим разумом, с которым я мог бы без труда вступить в общение. К моему удивлению. Разумник тут же предложил отправиться в путь, и мы двинулись сквозь темноту. Казалось, уже через миг мы перенеслись в усыпанное звездами пространство. Прямо под нами была планета, в которой я узнал Луну, а вдалеке виднелся огромный, бело-голубой шар, покрытый сеточкой мраморных прожилок — наша Земля.

Я огляделся по сторонам. И где же обещанный сверхнечеловеческий разум? Прочитав мои мысли, Разумник посоветовал смотреть выше, чуть в сторону. Я был потрясен: в каких-то шести метрах надо мной висел огромный, круглый и сплюснутый объект, растянувшийся на несколько километров, - типичная «летающая тарелка», хотя ее размеры в тысячи раз превышали те, о каких говорят очевидцы. Она была невероятно большой - но, стоило мне подумать об этом, мгновенно сжалась до такой степени, что теперь ее поперечник не превышал шестидесяти метров.

Затем в днище «тарелки»распахнулась дверца... и в ней показалась фигура... человеческая!., совершенно обычный человек вышел прямо в космос и пошел - да, пошел ко мне. Я узнал его, едва он приблизился. Невысокий, толстенький и круглолицый, в какой-то потрепанной, но претендующей на элегантность одежде и высокой серой шляпе... красный нос картошкой, хитрющая улыбка - он был точной копией звезды множества комедий, которые я с удовольствием смотрел еще в молодости. Передо мной был сам У. К.Филдз1.

Эта копия, подделка, голограмма говорила голосом Филдза, с теми же интонациями и примечательными повторами. Он пригласил меня на борт и проводил в большую комнату с куполообразным потолком. Стены помещения были покрыты портретами всех известных мне комиков, а также множества незнакомых лиц; кроме того, всюду были шутки, анекдоты и сценки из мультфильмов. Инопланетянин назвал все это своим «грузом».

В голове тут же вспыхнул вопрос:

- Груз? В каком смысле? Кстати, можете отбросить эту внешность, я смогу принять вас и таким, какой вы есть.

- Не сомневаюсь, мой друг, не сомневаюсь... Но, если не возражаешь, я останусь в таком виде. Так мне легче мыслить по-человечески. <...>

Скажите, что вы делаете здесь, рядом с Землей?

- Мальчик мой, я экспортер.

- Понимаю. И что необходимое, за исключением этого корабля, вы нам поставляете? - Должно быть, я неверно выразился. Я экспортирую отсюда, а не сюда, друг мой.

- Не представляю, что ценного можно найти на Земле? <...>

- Да уж, сэр, в это трудно поверить, но да, сэр, у вас тут есть кое-что... трудно представить, насколько это нужно, если у тебя на родине этого вовсе нет.

- Вовсе нет чего? <...>

- У вас, людей, это есть. Кое-что очень редкое и ценное, оно почти не встречается среди прочих разумных видов... того, что ты называешь материальной вселенной. Да и в других местах тоже. <...>

- Это встречается один раз на миллион — и у вас, людей, оно есть! Чувство юмора! Шутки! Смех! Лучшее тонизирующее средство для перегруженного ума! Безотказно снимает напряжение и нагрузку!

- Что? Так вы прилетаете к нам в поисках новых и свежих шуток?..

- Именно! Вы, люди, уже давно привлекли внимание поставщиков, хотя о нас и сложилось неверное впечатление. Подумать только, теперь вы даже шутите на тему НЛО! Но мы хотим только одного: смотреть и слушать. Ну, разве что самим немного пошутить - просто чтобы поддержать форму. А теперь, если вы позволите, сэр, я отправлюсь дальше.

Я внезапно оказался снаружи, а «тарелка» уже уменьшалась, скрываясь в космических просторах».

Интересно, что в этой же книге, уже много позже (на с. 169), Монро пишет, что он спросил, кем является вступивший с ним в общение один из членов его Я-«Там», и услышал в ответ:

«- Я был придворным шутом во Франции девятнадцатого века. Я умел говорить с людьми, и поэтому меня выбрали для встречи с тобой. Мы надеемся, что это поможет тебе избежать возможного напряжения».

Уильям Клод Филдз (1880-1946 гг.) - американский комик, эстрадный артист и киноактер.

Случайно ли это совпадение? Не сказывается ли здесь некий стереотип во влиянии Разумника? Или вообще в обучающих сценариях сказывается влияние того разума, который разворачивает все это в пространствах представлений?

В этой же своей последней книге Монро описывает, как он проник в хранилище памяти своих Я-«Там».

Входя своим восприятием в память одного из них, он заново переживал эпизоды этой своей жизни.

Одно из описаний такого переживания своего прошлого (с. 157) я привожу ниже:

«Этот Я-«Тот» в давние времена был посвященным. Ему предстояло принять участие в тайном ритуале подтверждения сана, который проходил в глубоком подвале какого-то каменного храма или церкви. Он (точнее, я) с нетерпением ждал предстоящего события, не зная, что оно собой представляет. Именно в этом заключалась проверка готовности и преданности культу в те времена.

Ритуал начался. Напевая монотонную песнь, жрецы собрались вокруг плоского каменного алтаря. К нему была привязана обнаженная перепуганная девушка. Несмотря на свое потрясение, Я-«Тот» не смог сдержать полового возбуждения.

Верховный жрец знаком предложил Мне-«Тому» подойти ближе и овладеть девушкой. Я покорно приблизился, встал рядом с ней, взглянул в ее испуганные глаза — и уже не мог оторваться от того, что увидел в их глубине. Через несколько минут я обернулся, посмотрел на верховного жреца и покачал головой. Тут же все было окутано яркой вспышкой белого света, и жизнь Меня-«Того» прервалась».

В дальнейшем мы будем говорить о том, как Монро посетил Разумников. Они подготовили его к этому, заставляя вновь и вновь пробуждаться в критических эпизодах прожитых им жизней.

Ниже я привожу один из них (1999 (1), с.139, 140):

«Я — Жрец. Несмотря на жару, я облачен в опускающуюся до пят коричневую накидку с капюшоном. В церкви прохладно, но мне не хочется туда заходить. Вот-вот начнется Церемония, мне нужно присутствовать на ней, исполнять положенные по сану обязанности..^..^ Я степенно следую по приделу к тем, кто ждет меня у Жертвенника. Перед самым алтарем стоит Верховный Жрец, на нем белая накидка с вышитыми золотом символами, а на голове - Священный Полумесяц. За его спиной стоят Семь Хранителей Мира, каждый удерживает посох с одной из Семи Священных Звезд. Звезды поблескивают, отражая пламя пылающих свечей. Я уже знаю, что увижу на Жертвеннике, и, приблизившись, убеждаюсь, что прав. На алтаре лежит девушка в свободном ярко-красном платье - цвет выбран для того, чтобы незаметными оставались пятна крови. Запястья и лодыжки девушки обвязаны шелковыми шнурами, а те прикреплены к большим кольцам по бокам Жертвенника. Я никогда не участвовал в Церемонии, но знаю, что на ней происходит. После исполнения Священного Деяния во славу Всемогущего меня переведут из обычных Жрецов в Помощники Хранителя Мира. Когда один из Семи умрет, отправится в Киммон, Страну Вечного Счастья и Престола Всемогущего, я стану ему заменой. Когда от нас уйдет Верховный Жрец, его место займет один из Семи, он примет Власть и Славу прямого Общения со Всемогущим. Возможно, им смогу стать и я... но в этом я сомневаюсь. Мечты прошлых лет потускнели, тяга к высшему сану угасла. Если я не исполню Церемонию, с меня сорвут эту накидку, вышвырнут на улицу, а там забросают камнями. Я подхожу к Жертвеннику, и Верховный Жрец вручает мне ритуальный нож - тонкий, остро заточенный клинок с серебряной рукоятью. Мне подробно объяснили, в какие части тела надлежит вонзать лезвие, чтобы жертва не умерла сразу, успела испытать утонченное блаженство, пока Верховный Жрец и Семеро будут одарять ее своими Благословениями... Я взмахиваю ножом, изготовившись к первому быстрому удару... и замираю с поднятой рукой. Мой взгляд встретился с глазами девушки, я вижу в них ужас, растерянность, покорность... а там, внутри, за ними такое глубокое понимание, что меня уносит прочь от искаженных мечтаний — к тому, что было всегда... я опускаю руку, разворачиваюсь и бросаю серебряный нож, самое обыкновенное орудие убийства, к ногам толстяка, именующего себя Верховным Жрецом... я не могу это сделать... нет, я не хочу это делать... и мне становится так легко!., яркий белый луч проникает сквозь свод Большого Зала и окружает меня, пропитывает все мое существо... серебряный нож плавится, превращается в бесформенную лужу металла, опутывающие девушку шелковые шнуры спадают... она соскакивает с алтаря, и тот сотрясается, раскалывается надвое... люди в накидках падают на колени, замирают, их взоры прикованы к ослепительному белому лучу...»

Далее Монро пишет: «...Да!., и где-то в человеческой истории зародилась легенда... У меня осталась лишь призрачная память об этом событии, если это вообще можно назвать воспоминаниями... но мне знакомы испытанные чувства... они остались четкими и мощными...»

Когда я читал эти строки, у меня самого возникло знакомое чувство. Белый луч... И тут я вспомнил!

Это было яркое сновидение в конце 60-х годов. Я был в храме с высокими сводами, в темном пространстве которого было множество людей. Люди не могли выйти из храма, так как мощная входная дверь была заперта. У меня в руках было круглое зеркало.

И тут сквозь макушку купола проник яркий белый луч. Он упал в мое зеркало, и я направил его на дверь. Дверь рухнула, и люди устремились к выходу...

Белый луч! Похоже, это архетипический образ.

В приведенных выше сценариях обучения, через которые Разумник провел Монро, нетрудно заметить определенные повторения. Но это относится и к другому сценарию, имя которому - земная жизнь.

При внимательном сопоставлении исторических факторов можно встретить поразительные «совпадения». Особенно это касается крупных исторических деятелей и определенных социальных образований. Их Матрица иногда как бы «закольцовывается».

О подобных «совпадениях» было написано немало, и я не буду здесь на этом задерживаться. От одного неординарного человека я даже выражение услышал на этот счет: «астрологические щели»

Воплощения разумов, готовых к переходу на более высокий уровень бытия, но поддавшихся соблазну земной славы, могут повторять друг друга под разными исторически известными именами. В их жизнях просвечивает власть формы - повтор одной и той же ее Матрицы. Совпадения календарных дат в отдельных событиях их жизни могут быть абсолютными. В первую очередь это относится к воинствующим лидерам. Например, в свое время ходили многочисленные описания цепи совпадающих дат в социальных проявлениях Наполеона и Гитлера (одинаковое число помощников, дат их рождения, совершения наиболее важных деяний и т. п.- порядка десятка совпадений!).

Кстати, резонанс с элементами Матрицы может проявиться по Цвету, по Звуку... Природа этого явления универсальна. Она же заложена и в кодах слов, каждое из которых отражает всю суть своего объекта в рамках любого языка: объект (как явление) и его знак (и сам язык) разворачиваются в одной последовательности ветвлений элементов Изначальной Пер-вовибрации (если позволит время, я об этом механизме напишу во второй книге).

В качестве примера можно привести одного из двух названных персонажей. Кустовой

разворот Матрицы этого Исполнителя Игры шел по семиричной метке Звука. В русском алфавите это четвертая буква: Гитлер, Геринг, Гиммлер, Геббельс, Гесс. Под Гитлером был Ганнунсен - руководитель оккультной академии - его нижняя «отдушина».

Над Гитлером был Горбигер - посредник между ним и тибетской черной ложей. Семь букв «Г». Почему он так жестко прокодирован? Потому что он отдал свою волю Властителю Формы.

В единой исторической нише народа также можно встретить эпохи, в которых повторяется последовательность образующих их элементов. Но здесь, как и в астрологии, господствует резонанс по соответствию в том или ином отношении (вплоть до кодов звучания имен). Возникает повторение через много лет одной и той же последовательности этапов, разворачивающих «запись» одной и той же Матрицы.

Отличия в таких повторах проявляются в двух отношениях. Во-первых, даты повторяющихся периодов в разных исторических эпохах могут несколько колебаться относительно величины базового сдвига сравниваемых эпох, задаваемого синхронизирующим импульсом. Таким импульсом является совмещение дат двух программно наиболее значимых событий ъ> сравниваемых исторических эпохах. Эта точка фиксирована на вневременном уровне Матрицы, и от нее в прошлое и будущее колеблются все вероятностные разбросы дат смен внутренних этапов (в пределах интервалов свободных выборов, доступных воле-проявлению народов).

Во-вторых, повторное «прочтение» тех самых этапов Матрицы проявляется каждый раз в разной степени, в зависимости от резонансного соответствия данного народа этой рекомендации Матрицы. Это вероятностный процесс. Вплоть до того, что отдельные этапы могут как бы «выпадать», что может обусловить определенный эффект «пропуска» или «сдвига» в сравниваемых процессах.

В качестве примера приведу выдержку из статьи кандидата физико-математических наук Винниченко А. П. (1993, с.23), исследовавшего замеченные еще Николаем Морозовым совпадения в истории второй и третьей Римских империй.

Винниченко пишет: «Вторая Римская империя началась с правления Луция Суды (он правил 4 года); третья империя началась с правления Луция Аврелиана (он правил 6 лет). После некоторой смуты (около 1 года), которую тоже следует рассматривать как форму правления, в обеих империях к власти пришли правители, правившие по 6 лет (Марий Квинт Серторий и Проб). Затем после двухлетней смуты в обеих империях к власти пришли правители, правившие по 21 году (Помпей Великий и Диоклетиан Божественный). Во время существования обеих империй произошли неординарные религиозные события: на 27 году правления Октавиана Августа (правил 37 лет) родился Иисус Христос; на 27 году правления Константина Августа (правил 31 год) родился Василий Великий, знаменитый проповедник Христианства. Обе империи распались в результате поражения в Готских войнах».

Рождения Христа и Василия Великого здесь и были синхронизирующим импульсом. При этом, если сдвиг в 330 лет между этими империями привязать к синхронизирующему импульсу, то даты отдельных периодов начнут смещаться за счет использования сквозной линейной шкалы времени. Но если показать «длительность правления» как функцию от номера правителя, то возникает корреляция, типичная для семантического резонанса. При этом, если на общей оси отмечать номер правителя, а в противоположные стороны откладывать амплитуды, отвечающие длительностям правления, то в целом крылья диаграммы, соответствующие этим двум империям, напоминают (с небольшими отклонениями) взаимно зеркальные изображения. Винниченко показал это на рисунке в цитируемой статье, но не нашел понимания того, что это не натяжка, а единственно верное отражение законов нашей мировой «театральной постановки».

Я здесь позволю себе сделать еще один шаг в глубину. Для лучшего понимания дальнейшего можно предварительно заглянуть в Дополнительное приложение (пп.928-930). 27-это код нашего «Метауниверсума», учитывающий тройную троичность трех подразделений нашего Универсума - объемная Троица равна З3.

Мистерия Христа прошла по наивысшему коду и отсчитала от себя назад 27 лет по Матрице, которую открыло правление Октавиана Августа. Василий Великий явился в наш мир в его другое время по той же Матрице, чтобы проросло посеянное Христом Зерно Дела Его. И повторилось все, открыв за 27 лет до этого разворот Матрицы, начатой правлением Константина Августа (правившего немного меньше Октавиана, так как энергетический потенциал его правления, естественно, уступал первому, основному проявлению этой Матрицы).

Мистерия Христа явилась, по-видимому, центральной в этой реализации нашего Универсума, поэтому она прошла по коду 27. Будучи объемлющим, этот код (а иначе сказать, миссия Христа) запускает действие тех «внутренних» Матриц, которые обеспечивают выполнение всего связанного с этой миссией. Это мы уже отмечали в гл.2.

Мощный импульс к повтору Матрицы определенного исторического периода вызвал, в данном случае, повторение всего цикла истории Римской Империи. Такие крупные повторения требуют особых причин, так как для этого нужно активизировать Матрицу более высокого ранга.

Винниченко обратил внимание на то. что «Август» - это не имя, а почетный титул (сравните - «августейший»). Поэтому совпадение этих имен могло быть результатом симпатий Летописца. Но почему тогда летописец эту характеристику присвоил именно этим двум правителям, а не кому-либо из всех остальных? И здесь я снова должен дать некоторые пояснения.

Процесс порождения слова, характеризующего объект, состоит из следующих этапов: направление внимания на этот объект, возникновение его осознавания и формирование отвечающего ему символа, составленного из элементов, уже несущих в себе кодовую связь с соответствующими элементами объекта.

В человеческих представлениях упрощенно это можно выразить так: мысль, направленная на сущность, творит отражающий ее символ под формирующим влиянием этой сущности.

Это влияние - вероятностное. Но если символизируемый объект каким-либо образом фиксирован, например материализован или «записан» на уровне Матрицы, тенденция к охвату объекта символом будет действовать до тех пор, пока это не будет достигнуто (количество этапов и участников процесса несущественно).

Поэтому, если летописец и добавил именно этим правителям одинаковое имя -«Август» - это означало бы завершение все того же процесса синхронизации символов, отвечающих повторам того же периода одной Матрицы.

Сказанное выше относится к тому же механизму, с помощью которого выполняется гадание на гексаграммах Книги Перемен (И-Цзин), Арканах Таро и т. п. С помощью канала связи, присущего данной технике, пользователь имеет шанс вступить в связь с участком энергетического подразделения, содержащего вероятностную тенденцию интересующего его события (оценка ситуации, явления и т. п.).

В случае успеха ответный информационно-кодовый энергетический отклик сложит материальное проявление ответа.

Я сам, работая над этой книгой, по сути, участвую в том же процессе. Ко мне «притягиваются» заготовки в виде разработок разных авторов, выполненные ими в разные годы, нередко стихийно и потом оставленные без продолжения (а иногда и забытые). Но теперь, собирая этот «посев», который «сдувает» в мою сторону, я соединяю все это в относительно связную картину, следуя некоей целостности, не лежащей на уровне этой нивы.

Я думаю, что читатель уже почувствовал, что то, что мы, не задумываясь, соединяем по привычным нам связям в некое целое, называемое жизнью, - только верхушка айсберга, в основании которого действует очень мало законов, но они иные и очень эффективны.

Вместе с тем наша жизнь - это не до конца замаскированный разворот заготовок Учебной Программы.

Роберт Монро с этой Программой пошел на более тесное сближение, чем его предлагает нам наша обыденность. Поэтому продолжим на его примере наше рассмотрение.

Ашанин - под таким именем знают Монро вне его земного воплощения - уже давно потерял интерес к внетелесному изучению местных событий, которые когда-то его так увлекали. Наступило более зрелое понимание своей работы.

Наконец после многомесячного перерыва пришел мощный сигнал от Разумников.

Монро прошел процедуру отделения, выкатился, перешел во второе тело. Выход из него давно происходил автоматически. Он настроился на знакомую метку. Монро (1999 (1), с.270) пишет:

«Сдвиг был мгновенным, не было никакого движения. Прямо передо мной возникла яркая светящаяся фигура. Первым делом я оценил излучение, но оно было вполне терпимым.

(ты стал настоящим специалистом Ашанин) Да, какой-никакой прогресс уже заметен.

(Многое изменилось. Мы считаем, что ты уже готов к следующему... к новому шагу.)»

Этот «новый шаг» мог быть продуктивен только для тех, кто не закрывается от вставшего перед ними знания (к которому они не готовы), но которые возьмут его «в себя». И тогда начнется работа по его осознанию не с позиций человеческих инстинктов и представлений, а с иного уровня, на котором все раскрывается в совершенно ином свете, в иных оценках и в другом эмоциональном сопровождении.

Поскольку подобного рода информация входит в арсенал средств сегодняшней обучающей игры, ведущейся в воплощенном человечестве, в которой никто ни в чем не может дать никакой гарантии, и многие сталкиваются с этой же проблемой, я уделяю ей больше внимания. В связи с этим ниже я приведу с сокращениями последовательно подстыкованный ряд выдержек (взятых из этой же книги Р. Монро, с.272-280), продолжающих начатое выше описание встречи Монро-Ашанина с Разумником:

«Мы висели в пространстве где-то между Землей и Луной, не меньше, чем в сотне тысяч километров от земной поверхности. Сейчас я видел нашу планету намного отчетливее, чем мгновение назад. Обернувшись, я бросил взгляд на Луну <...>. В каких-то трехстах метрах от меня (во всяком случае, так мне показалось) был огромный, твердый на вид, вытянутый объект серого цвета. Он имел коническую форму, с широкого конца к нему примыкали купола-полусферы, а другой край терялся вдали, на расстоянии нескольких километров. Объект выглядел неподвижным, но я четко воспринял исходящее от него излучение <...>. Космический корабль, материальный космический корабль?

(Да, если судить по твоим представлениям. Он создан не человеком. Сейчас вокруг физической Земли много таких объектов. Они из вашей, материальной Вселенной... но из иной системы времяисчисления).

«Много»... Это может означать и десяток, и десяток тысяч. Выяснять точнее не было смысла. Но почему именно вокруг нашей Земли?..

(Они наблюдают за вами и вашей планетой точно так же, как люди наблюдают за другими. И с той же целью. Ты готов двигаться дальше? Ответ уже близко).

Моя любознательность с восторгом восприняла это предложение^...>

В первое мгновение Земля показалась мне точкой отраженного света далеко в пространстве, едва различимой звездочкой. Он нее исходили нерегулярные волны энергии - многомерные, пульсирующие, перемежающиеся отдельными яркими вспышками. Это был сложнейший, беспорядочный узор, сотканный не из света, не из электромагнитных или гравитационных волн, а из какой-то иной, не поддающейся определению энергии. Зрелище настолько меня захватило, что сначала я не обратил никакого внимания на окружающее пространство. Уже через несколько мгновений я понял, что оно заполнено сонмами, бесчисленным множеством каких-то фигур, окружавших центральную точку - Землю. У одних была устойчивая форма, другие казались облачками пара, но все пылали с различной яркостью. От ближайшей фигуры донеслось уже знакомое восприятие: они чего-то ждали, с волнением предвкушали начало большого представления. Каким же должно быть предстоящее событие, если оно привлекло столько зрителей?..

(Мы называем это общим сбором. Эти существа явились из окрестных энергетических миров только для того, чтобы стать свидетелями... того, что ты назвал представлением. То же относится к пассажирам материального космического корабля и людям во внешнем кольце, которые готовятся к последнему земному существованию. Предстоящее событие действительно случается очень редко и представляет собой слияние нескольких энергетических полей различного типа и интенсивности... они сходятся в одной точке пространства и времени. Это случается настолько редко, что всегда привлекает множество зрителей. Если говорить на понятном тебе языке, то такое может произойти лишь... раз в восемьдесят семь миллионов земных лет).<...>

(Это не значит, что событие непременно происходит с такой частотой. Оно связано с элементом случайности... с совершенно непредсказуемыми факторами).

Выходит, представление может и не состояться.<...>

(Дело не в этом. Когда-нибудь оно обязательно случится. Всех интересует именно результат. Это можно описать... представь, что огромное число случайных факторов сводится к нескольким вероятным, возможным исходам. Одна из таких возможностей способна полностью изменить не только ваше пространство-время, но и соседние энергетические миры. Это и вызывает такой большой интерес. Если вернуться к человеческим понятиям, то все собираются, чтобы стать свидетелями возможного рождения нового типа энергии. Сможет ли она сохраниться, перенести процесс рождения? Если да, то какими потенциальными особенностями будет обладать такая энергия, можно ли предсказать те свойства, которые она приобретет, когда наберет силу? С другой стороны, энергия может оказаться мертворожденной, и тогда все вероятные возможности останутся просто возможностями — слабыми, неопределенными надеждами).<...>

(У людей, на Востоке, есть символ переломного момента. Он состоит из двух частей: вероятной угрозы и благоприятных возможностей. С человеческой точки зрения, для Земли это событие действительно может стать переломным. Совершенно очевидно, что оно несет в себе крайние степени опасности и потенциальных возможностей для самого человеческого существования).

Опасность? Угрозу физической гибели? Упадка сознания?..

(Все это - лишь возможности. Точный характер влияния сможет определить только само событие. Любое твое предположение является лишь одной из вероятных возможностей. Не исключено, что опасностей будет несколько...).

Поговорим лучше о более приятной стороне - благоприятных возможностях.

(Это действительно ключ к пониманию всего явления. Оно может принести человеческому сознанию очень редкую способность быстро слиться в единую разумную энергетическую систему, выходящую далеко за пределы иллюзии пространства-времени, творческую, созидательную, обучающую тому, на что способны только выпускники, полностью прошедшие человеческую школу).

Но наше посещение Земли после 3000 года...

(...это было вероятное будущее, один из возможных исходов события. Даже твои собственные поступки могут стать тем крошечным элементом случайности, который способен повлиять на окончательный исход).

Если благоприятная возможность будет упущена...

(Люди перестанут быть господствующим видом... Начнут отступать, а потом просто погибнут как деятельное сознание... рано или поздно).

Я решил задать откровенный вопрос (Икак в этом случае поступите вы... все вы?).

Первой частью ответа стали мягкая улыбка и чудесная волна согревающей теплоты (Мы просто начнем делать то же самое на какой-нибудь другой планете в пространстве-времени... с новым человечеством).

Я свернулся и закрылся, хотя понимал, что здесь нечего обдумывать. Ничего не поделаешь. Рассказанное стало для меня сильным эмоциональным ударом, но я не собирался сдаваться... не сейчас.

(Мы хотели сделать еще кое-что, прелсде чем ты вернешься в материальное тело).

Я сомневался, что смогу ли выдержать что-то еще, но понимал, что им лучше знать.

(Найди метку своего друга ВВ и проведи его сюда).<...>

ВВ был рядом (Слушай, а ты уже наловчился делать скачки. Если бы в свое время я не играл в ту игру, то вряд ли успел..,).

Он осекся и плотно закрылся, так как заметил ярко пылающую фигуру Разумника. Я подумал, что следовало его предупредить. Прямо под нами, всего в двухстах метрах была поверхность физической Земли. Стояла ночь, которую нарушали лишь редкие огни. Мы висели над небольшим прудом или озером, а сразу за ним возвышалось зеленоватое сооружение пирамидальной формы; внутри горел мягкий свет. Картина была поразительно знакомой, но я не мог вспомнить это место.

(Не тревожься, раскрывайся. Это друг), - посоветовал я ВВ.

Он осторожно раскрылся и сосредоточился на светящейся фигуре (Э-э-э... привет).

(Спасибо, что пришел, ВВ).<...>

(Мы. хотим попросить тебя кое-что сделать).

(Конечно... Что именно?).<...>

(Давайте подойдем ближе).

Мы втроем медленно двинулись вниз, к самой вершине зеленой пирамиды, миновали ее и остановились у небольшого строения посреди рощи. Это сооружение тоже было мне очень знакомо. Ощущение было острым, и я почему-то почувствовал сильное беспокойство. Кроме того, я снова столкнулся с каким-то сопротивлением, которое отталкивало меня назад, когда я пытался приблизиться к зданию.

(Здесь твои друг АА. Сейчас ему нужна твоя помощь).

(АА здесь?)<...>

(Совершенно верно).

ВВ сосредоточился, и я сделал то же самое. Внутри сооружения, на кровати лежал какой-то человек. Именно от него исходило то сопротивление, которое мешало мне подойти ближе. Все тот же барьер. Я не сомневался, что это АА.<...>

ВВ повернулся ко мне (Думаю, это и в самом деле он. Я уловил часть метки, хотя и небольшую. Вместе с ней пришло много чего-то нового, и оно мне тоже знакомо. Гм, какое-то безумное восприятие...).

(ВВ, ты должен помочь ему на время отделиться от материального тела. Это очень важно)<...>

(Но как это сделать?)<...>

(Просто легонько потяни его к себе. Пользуйся той же энергией, которую применяешь при скачке).

ВВ развернулся и приблизился к лежащему на кровати человеку. Я с восхищением следил за ними и подумал, что, быть может, меня самого впервые вывели из тела таким же способом. Не исключено, что какой-то нематериальный друг помогал мне покидать тело на первых этапах переживаний. Впрочем, в те времена у меня не было нематериальных друзей... во всяком случае, я не подозревал об их существовании.

Сопротивление неожиданно усилилось, и меня отбросило назад. Я изо всех сил старался остаться на месте, но меня охватило очень неприятное чувство.<...> Тот человек стоял теперь в центре комнаты, а его материальное тело по-прежнему лежало на кровати. Вернувшийся к нам ВВ <...> сосредоточился на Разумнике и сообщил (Готово, я его вытащил! Но...).

(Спроси, чего он больше всего хочет).

Человек что-то ответил, но я воспринял только скрипы и помехи,<...> которые свидетельствовали о мощном эмоциональном отклике. Если он впервые покинул свое тело, то я вполне мог представить себе, что он переживает, - оставалось только посочувствовать.

(Он сказал, что хочет помогать человечеству. Очень благородная цель).

Мне удалось немного открыться (Откуда это сопротивление? Почему оно возникает всякий раз, когда я неподалеку от его приятеля А А.).

(Парадоксы не должны возникать. Скоро ты все поймешь).

(Он хочет отправиться с нами! Мы заберем его?), — вмешался ВВ.

Сопротивление и скрипы стали настолько мощными, что вызывали у меня болезненные ощущения. Однако я уже понял, что знал ответ еще до того, как Разумник на него намекнул.

(Скажи ему, что он должен остаться здесь и выполнять намеченную задачу. Сейчас иного выбора нет).

Несмотря на боль, я старался ничего не упустить. Через мгновение ВВ вновь показался и присоединился к нам. Человек стоял посреди комнаты на коленях. Поскрипывания в полосе «М» стали невыносимыми, и мне пришлось полностью закрыться.

(Пойдем, тебе не стоит здесь оставаться). Я с готовностью двинулся прочь.

(Дело сделано. Круг замкнулся).

В этом утверждении был намек на окончание, и мне стало не по себе. Во мне вспыхнули отголоски прошлого, они привели в движение знакомый эмоциональный посыл, и я заново пережил его, шаг за шагом, до последних мелочей. На этот раз все было иначе. Посыл воспринимался намного утонченнее, стал ценнее, чем казалось прежде. Мое беспокойство улетучилось.

Я широко раскрылся и разгладился (Теперь я понимаю, что такое индивидуализация. В ней действительно нет нужды).

(Ты хорошо усвоил урок, Ашанин).

Ярко сверкающая фигура блеснула и исчезла. Я знал, что отныне можно даже не пытаться искать метку Разумника, но совсем не чувствовал себя одиноким».

Запомним эти слова Ашанина. К ним мы еще вернемся. Продолжим выдержку из книги Монро:

«Я развернулся и собирался броситься вперед, но ВВ остановил меня.

(Что случаюсь, ВВ?).<...>

(Помнишь, как мы пытались выдернуть АА в последний раз? Ты... ты ведь не воспринимал его?).

(Нет... ну, за исключением того, что это именно А А. Было такое же сопротивление... А что? Я упустил что-то важное?).

ВВ тщательно сосредоточился на мне, а я просто ждал. Он внезапно ярко вспыхнул и стремительно закружился. Происходящее было поразительно похоже на человеческий смех.<...>

(Что смешного?).

(Сам догадайся... э-э-э... Роб).<...>

Очередной круг замкнулся, начинается новый этап...

И все-таки почему ВВ так смеялся? Зеленая пирамида, мы втроем... служение человечеству... зеленая... зеленая крыша в форме пирамиды... трое и Луч... постойте-ка!

Ясными ночами, прежде чем отправиться в постель, я выхожу на крыльцо и смотрю в небо. Звезды в вышине постепенно блекнут и над головой нависает кромешная чернота. Оттуда, из этого мрака, доносится неслышная, но вечная песня - невероятно знакомая, пробуждающая воспоминания, полностью заглушающая шум старых проселочных дорог... Разумник, ВВ, Лу, Билл, она - все Там, в этой песне! Все, кроме АА...

Затем звучание слабеет, в темноте вновь загораются звезды, а я глубоко вздыхаю и иду спать...»

Среди перечисленных Монро имен, Лу - умерший от диабета его приятель, которого он потом посещал на внешнем энергетическом кольце Земли, где пребывают «выпускники» перед своим последним земным воплощением; Билла он посетил в светящемся ободке самого края внешнего кольца, свет которого образуют те, кто исполнял свой долг не по принуждению: учителя, помощники, наставники внутренних колец; она - это та, которая давно связана с Монро, но не пожелала раскрыть свою метку.

Чтобы понимание изложенного выше получило определенную завершенность, я приведу выдержку из начала цитируемой книги (с. 14, 15).

«Несколько лет тому назад я отправился на конференцию, проходившую неподалеку от моего прежнего дома в округе Вестчестер, штат Нью-Йорк, где случилось мое первое вне-телесное переживание. Когда мы проезжали мимо дома, я сказал своему другу, что причины этого явления до сих пор остаются для меня загадкой.

Моим спутником был один приятель, психолог. Он бросил взгляд на дом и с усмешкой повернулся ко мне:

- Ответ очень прост. Все дело в доме. Посмотри-ка на него внимательнее.

Я остановил машину. Дом выглядел по-старому: зеленая крыша, каменная кладка. Новый владелец явно заботился о здании. Я обернулся к своему другу:

- Не вижу ничего особенного, никаких перемен.

- Крыша! - Он указал на нее пальцем. - Это правильная пирамида. Более того, она обшита медными листами. Пока до них не добрались грабители, медью были покрыты и верхушки крупнейших пирамид Египта.

Я удивленно уставился на свой старый дом.

- Сила пирамиды, Роберт! - продолжал мой приятель. - Ты ведь читал об этом. Ты жил в настоящей пирамиде. Вот в чем причина!»

АА, как читатель, по-видимому, догадался - это сам Монро в его земных воплощениях. Барьер не допускал его встречу с самим собой на близких уровнях развития в одной энергетической сфере этой же вероятностной Вселенной. Особенно в этой же жизни. Поэтому фразы Разумника (также его, но на другом уровне развития): «круг замкнулся» и «парадоксов не должно быть», обретают понятный смысл. Однако здесь тоже следует следует сделать пояснение. Событие, которое ожидалось на «общем сборе», было вероятностным. Возможность отрицательного исхода была тем шокирующим воздействием, которое должно было продолжить определенную закалку программно заложенным страхом потери своего индивидуализированного «Я» и освобождения от него при очередном расширении осознания ситуации.

Но миссия Разумника была более значительной. Она должна была внести определенность в вероятностное будущее Монро. И не исключено, что и в его собственное будущее. Это можно было сделать только с помощью вмешательства в механизм ВПМ. В данном случае - замыкания хрональной петли в сценарии жизни, по которому шел Монро. С этой целью Разумник и предложил разыскать и привести к нему внетелесного «друга» Монро, который называл себя ВВ. Они познакомились как бы «случайно», когда тот «по ошибке» принял Монро за разыскиваемого им своего друга АА. Монро не раз натыкался на этого АА, но какая-то сила (барьер) постоянно его от него отталкивала. Монро отыскал и привел ВВ, который впервые увидел такое светящееся существо, как Разумник. Дальнейшее читателю известно.

Взаимодействуя со своим прошлым (а это массовый, хотя и не всегда осознаваемый процесс), мы «пересплетаем» кодовые нити СПК в беспокоящих нас воспоминаниях прошлого, диффундируя в нем в другую фенотипическую полосу в вероятностном смежном «Мировом Листе». Такая смена фенотипа начинает «пересобирать» трек нашей судьбы до тех пор, пока он не войдет в соответствие новому фенотипическому направлению в «пучке судеб» нашего интегрального «Я». Именно в этом заключен смысл техники Дениз Линн, о чем мы говорили в гл.2.

Разумник выполнил, по сути, то же самое, но на уровне физического замыкания петли времени. Мы уже говорили о том, что «мое объемлющее пространство» - понятие, которое можно распространить на весь человеческий Жизнепоток. Несколько ниже мы увидим, что Монро является одним из личностных фрагментов генетической линии Разумника. Но в таком случае, вытянув Монро из тела и отправив его таким образом во внетелесные игры, Разумник проделал это над своим прошлым, в котором роль Монро оказалась уникальной.

Проделав это со своим прошлым, Разумник перевел его (и таким образом всю нить этих своих Я-«Там») в фенотипический лист с более эффективным развитием в направлении поставленной задачи. Свободно оперируя временем, Разумник переключил Монро из неизвестного будущего (где он демонстрировал ему «общий сбор») в прошлое и показал, каким образом ВВ извлек его из физической оболочки, полагая, что проделывает это с АА.

Круг замкнулся в первую очередь для Разумника, выполнившего эту хрональную петлю. А Монро (как одно звено в этой петле) был просто переведен на другой «Лист» вероятностной судьбы. И эта судьба теперь была связана с тем Я-«Там», которое уже имело необходимое решение в своем будущем. Можно сказать, что новая позиция «точки сборки» теперь отвечает такому пространственно-временному сечению многомерной Матрицы, в котором Я-«Там» успешно отправляется в предназначенный ему дальний Путь. Позже Монро осознает это, и мы находим большую определенность у Монро (и его Я-«Там») в знании этого будущего в его более поздней книге («Окончательное путешествие»), о чем речь впереди.

Теперь снова вернемся к обсуждаемым событиям. Итак, урок привел Ашанина (как Ашанин этот Разум включает в себя личность Монро) к тому, что в индивидуализации нет нужды.

Подобное понимание отвечает еще анимистическим теориям добуддийского периода. В. Н.Топорков (1993, с.56), комментируя Джамманаду, писал: «Будда, как известно, боролся с ложным и поверхностным взглядом на сущность я и отвергал реальность индивидуального я и, главное, его постоянство». В. В.Мантатов (1984, с.5) писал по этому поводу: «Мир существует только через «Я», но человеческого «Я» также не должно быть. Все элементы жизненного процесса необходимо привести к успокоению, угасанию, нирване». Где уж тут до деятельного сознания! Но, казалось бы, совершенно противоположное пишет Дион Форчун (1995, с. 142), высказывание которой, относимое ею к пути мистика, я при случае не устаю повторять:

«Существует Путь Левой Руки, ведущий к Кетер Клипот, в Царство Хаоса. Если человек становится на Мистический Путь преждевременно, он движется не в Царство Света, а в противоположную сторону, в это Царство Хаоса. Для человека, естественным призванием которого является Мистический Путь, диктат формы чужд по духу; коварнейшим из соблазнов является желание прекратить борьбу с жизнью формы, противящейся его мастерству, и возвратиться на верхние уровни прежде, чем пройден надир, самая нижняя точка, и усвоены уроки формы. Форма является матрицей, в которой текучее сознание сохраняется до тех пор, пока не приобретет организацию, исключающую распад, то есть,— пока сознание не станет ядром индивидуальности, выделенным из аморфного моря чистого существования. Если эта матрица будет разрушена преждевременно, до того, как текучее сознание организуется в устойчивую систему напряжений, закрепленную повторением, тогда сознание возвратится назад в аморфность,- подобно тому, как глина снова превращается в грязь, освободившись преэюде обжига от сдерживающих ограничений формовочного штампа. Если появляется мистик, действия которого приводят к нарушению земных дел или как-то расщепляют сознание, адепты понимают, что его форма была разрушена слишком рано и он должен возвратиться к требованиям формы, пока не усвоит урок и его сознание не достигнет такой монолитной организации, что даже Нирвана не сможет ее нарушить».

Буддизм ориентирован на суть всех вещей, лежащую за Великим Пределом, имени не имеющей, в формах не выражаемой, безличной и т. п.

Форчун, по существу, подразумевает, что двигаться к «чистому существованию» Кетер, будучи деятельным сознанием, т. е. сознанием, обладающим инициативой и реализационной властью, значит, взять на себя определенную ответственность. Это ответственность за выбор конечного Порядка Предельного Состояния: Порядка Предельной Упорядоченности или Порядка Предельного Хаоса. Порядок Хаоса открывается «по ту сторону» рациональных представлений.

Безынициативный путь - это путь элементов среды, которые волной естественного восхождения «в конце времен» при наступлении Великой Пралайи, сливаются в Потоке, направляющемся к Истоку в Кетер Света. Это Путь Основной Волны Циркуляции Воплощенного Универсума. Но у нее есть Оппонент, притягивающий к себе инициативные разумы в меру преобладания в них его эманации, внедренных в эти разумы в Мирах Форм, где этот Оппонент имеет власть.

Таким образом, часть восходящей волны (а это относится и к постоянно действующей Основной Волне), увлекается силами Хаоса и втягивается в качестве их оболочки в Кетер-Клипот.

Чтобы противостоять этому, необходимо осознание своего выбора и обладание той мерой инициативно закрепленной устойчивой индивидуализации, которая удерживает разум на выбранном им пути. Стремление к сохранению индивидуализации заложено Программой в каждую автономную единицу разума подобно тому, как на уровне человеческого существования заложен страх физической смерти.

Аналогичен и страх потери своей индивидуальной неповторимости в «координатах» Формы, в которых находится в первую очередь Сознание Сна Воплощенной Реальности. Это оправдано конкурентной борьбой в Мирах Формы за лучшее соответствие требованиям Программы - выведения индивидуальных единиц разума к их объединению в групповые Целостности.

Здесь следует отметить, что инициатива во всей полноте состояний ее проявления может принадлежать автономному или групповому объекту, например, объединенному в Поток Разума. Такой Поток на определенном энергетическом уровне практически защищен от воздействия сил Клипот.

Для влившихся в него автономных разумов утрачивается ценность индивидуализации вместе с ценностью осмысления и анализа наличного знания. Все это растворяется в объединенной памяти, суммирующей знания, опыт и состояния бытия, испытанные в жизнях, прожитых слившимися единицами Потока. При этом сам Поток становится Индивидуальностью - более яркой, чем была каждая из составляющих его единиц, как бы передавших ему свою личную индивидуальность.

Естественное свойство Разума - творческое оперирование Материей - утрачивается только в недрах порождающего мир Сновидения. Если оно проявляется в этом Сне, его принято относить к мистике.

Именно поэтому Форчун, по сути, сказала, что при творчески реализованном восхождении из Малкут, т. е. восхождении путем мистика, резко возрастает мера ответственности. При этом необходимо «держать вектор направления к Кетер - Свету», а не к Кетер - Хаосу на всем пути восхождения. Именно для этого нужно замкнуть всю петлю (я бы сказал - всю погружную орбиту) от Малкут до Кетер, т. е. удерживать в себе оба полюса всего Пути. Для этого и нужна закалка индивидуальности.

А если говорить более обобщенно, индивидуальность неуничтожима как принцип в категориях множественного Универсума. Однако она меняет «координаты» своего выражения, вплоть до ухода из постижимых уровней понимания. Но в этих пределах она, переходя от индивидуального «Я» к групповому, движется к переходу из «координат» формы в «координаты» состояния. И между этими «координатами» может возникать непостижимое для нас соответствие.

Для полноценного достижения такого соответствия при переходе в «координаты» состояния и требуется сохранение индивидуальности (группового Разума) до прекращения бытия в «координатах» формы, т. е. «растворения индивидуальности» в нашем ее понимании.

По мере подъема точки взгляда по оси к Кетер все личностные программы гаснут, а на вершине гаснет и индивидуальность (в нашем ее понимании). С этим трудно смириться сознанию, фиксированному на личностных «этажах» Универсума, глубоко погруженному в состояния, порожденные Программами бытия на этих «этажах». В этих состояниях заложены защитные механизмы, поддерживающие иллюзию того, что с их уходом дотла «сгорает» само существование и наступает Небытие. Для них Шуниата как Нечто, лежащее по ту сторону «Великого Предела», полностью лишена всех постижимых состояний, которыми исчерпывается Жизнь. Поэтому она есть абсолютная Пустота. Но она же в себе есть Полнота тотального пребывания в своей непостижимой для нас Первоприроде - той основе, «тенью» которой является вся феерия состояний воплощенного Универсума. Поэтому Шуниата - это Пустота-Полнота.

Смотря как бы из лифта, перемещающегося сквозь «этажи» Универсума, мы входим на каждом «этаже» в свой гипноз, властно требующий подчинения его оценкам «всей ситуации» и его чувственно данным очевидностям. С приходом нового опыта они будут вступать в конфликт с тем знанием, а точнее, с тем осознаванием, которое постепенно возникает как «целостный взгляд» со всей оси, пронизывающей нашу «шахту» в воплощенный Универсум от Кетер до Малкут, где пребывает наше физическое тело. И это будет процесс рождения внесубстанциального познания, которое свободно от поляризации в красочные феерии, развернутые на формах этих «этажей». И только для такого «взгляда», а также для такой интуиции (которую любят называть по-разному, например «чувствознанием» или как-нибудь по-иному), открывается «голографичность» нашего Универсума, единство отражений его Архетипа, по-разному расцвеченных субстанциями.

Именно такой взгляд положен в основу изложения в данной книге. Но теперь пришло время каждому из нас расширить свое осознание Сущего, закутавшегося в шубу оболочек, освобождая свой Разум от власти гипноза чувственно контролируемого субстанционального познания.

Монро-Ашанин расширил свое понимание индивидуальности за пределы координат формы и в этом отношении освободился от инстинкта (программно запланированного!) ее самозащиты. Это целесообразно на уроке уничтожения всех страхов, когда «руль управления» должен брать Разум, устойчивый при всех проверочных испытаниях, умудренный знанием Пути и наделенный бесстрашием, сохраняющимся при этих испытаниях.

«Рентабельность» Школы Мира Земной Жизни можно считать относительно «высокой», пока действуют «внешние» и «внутренние» факторы, периодически создающие (в соответствии с общей тенденцией Программы) условия, при которых нижний порог пробуждающего влияния Истока достигает самых глубоких «уровней падения» деструктивных единиц разума.

Поэтому главная опасность для землян заключается не в том, что эта Школа может быть разрушена космическими факторами, а в том, что она может сохраниться и войти в энергетическое пространство, менее благоприятное для развития, и будет снята стимулирующая поддержка, пробуждающая духовную компоненту.

Иначе говоря, Школа станет чем-то вроде «мышеловки». Произойдет дифференциация. Все, что набрало критическую массу позитивного земного опыта, уйдет с энергетических колец этой планеты. По закону координации всех сущностных изменений в Универсуме, все потенциально рассчитанное на восхождение в данном его качестве выйдет из такого Потока. Все менее успешное пройдет через сбрасывание неудачно индивидуализированных энергетических структур и начнет новое восхождение. И сам Поток постепенно сменит своих представителей на тех, кто кармически себя предназначил для того, чтобы, изжив накопленные искажения, вновь начать восхождение более успешным образом, не претендуя на лидирующее положение в этом Цикле, что он, кстати, не будет осознавать.

Таким образом проявляется исключительность тех «мест», где разумам дается возможность выйти на лидирующую роль в Универсуме. Здесь разумы утрачивают память своей первоприроды, но обретают мощь второго полюса энергий Великого Кольца Универсума, способного дать тем, кто справится с этим, силу, способную активно вести Восходящую Волну к Истоку. При этом возрастает риск того, что в случае неудачи (по любым причинам) произойдет снижение уровня развития своей индивидуализации по сравнению с тем, который был до этого эксперимента.

С другой стороны, быть индивидуализированной единицей энергии в «координатах» формы не столь уж важно. Монро был подготовлен к осознанию этого, чтобы быть неуязвимым при встрече с любыми неожиданностями в своей работе.

В Универсуме все так сбалансировано, что любая чувствующая и осознающая энергия, любой ее сгусток внутренне пребывают в комфортном состоянии, если они гармонично вписаны в свой уровень развития.

Энергия как тончайшее воплощение Первосущности не знает внутренних катастроф. Любые «катастрофы» - не более чем флуктуации преходящих состояний в проявленных оболочках Универсума.

Независимо от наших ожиданий перед каждым периодом бытия будет возникать свобода выбора, затем неизбежность реагирования на выбранный сценарий. И когда-то откроется, что все происходящее в конечном счете было оптимальным по отношению к тому Целому, в которое войдет, в том числе, и эта его часть.

Таков алгоритм процесса ВПМ.

Интересно, что по мере приближения к Целому интегральный итог всего произошедшего с любой единицей разума также будет стремиться к оптимальному состоянию.

Для страха оснований нет, хотя текущий выбор полностью определяет то, что мы получим и чем за него придется платить. И это не противоречит сказанному, так как мы мыслим рамками времени, а итог отделен от начала пути вневременными связями.

За горизонтом осознанного мира

Предварительная информация из материалов третьей книги, облегчающая понимание некоторых моментов первой книги

Таблица 2 прил. 9. Функиональные блоки Древа Проявлений в фазе осуществления Настоящее приложение не предусматривалось, когда был написан основной текст данной работы, поэтому многие ссылки в ней, изначально адресованные ко …

Подход О. А. Черепанова, выявляющий принципиальную ограниченность пространственно-временной трактовки реальности, отразившейся в теории Эйнштейна

Черепанов учитывает, что число Френеля к возникло как модификация сложения квад-роскоростей (см. с.42) и что - скорость света в неподвижной среде, гра - ничащей с вакуумом. Далее он «внедряет» коэффициент …

Подход Черепанова, позволяющий рассчитать многообразие баллистических парабол, полностью характеризующих локально-однородную гравитацию без потенциальной энергии и силы всемирного тяготения

На с.23-25 у Черепанова читаем (Черепанов O. A., 1993): «Пусть массивный предмет летит по параболе, в любой точке которой его горизонтальная скорость и гравитационное ускорение равняются v() и üq. Тогда, …

Как с нами связаться:

Украина:
г.Александрия
тел./факс +38 05235  77193 Бухгалтерия
+38 050 512 11 94 — гл. инженер-менеджер (продажи всего оборудования)

+38 050 457 13 30 — Рашид - продажи новинок
e-mail: msd@msd.com.ua
Схема проезда к производственному офису:
Схема проезда к МСД

Оперативная связь

Укажите свой телефон или адрес эл. почты — наш менеджер перезвонит Вам в удобное для Вас время.